В прошлом году в подразделения милиции области поступило более 2 тысяч заявлений о безвестном исчезновении граждан, и поиски не увенчались успехом лишь в 70 случаях. Всего же на данный момент в розыске находятся 402 пропавших без вести жителя Витебщины.
По словам старшего оперуполномоченного по особо важным делам управления уголовного розыска УВД облисполкома Игоря Молькова, в последние годы число разыскиваемых стабильно держится примерно на этой отметке. А вот еще лет десять назад пропавших без вести было чуть ли не в два раза меньше. Дело в том, что сейчас прежде чем принять решение о признании граждан без вести отсутствующими или умершими, суды направляют представленные истцами документы в милицию, проводится проверка. Если в течение десяти дней, как положено по закону, человека не находят, возбуждается уголовное дело по факту безвестного исчезновения. Только в 2009-м в области было проведено 80 подобных проверок, возбуждено несколько десятков уголовных дел. По мнению И. Молькова, смысл в такой кропотливой работе есть: не раз выяснялось, что родственники криминальным путем «способствовали» исчезновению близких людей, а затем пытались через суд решить имущественные вопросы.
Около половины всех признанных пропавшими без вести сегодня – отправившиеся на заработки в Россию. Как показывает практика, чаще всего это безответственные и необязательные люди, любители выпить. Уезжая за границу, они даже не считают нужным сообщить об этом родственникам, а те, беспокоясь, обращаются в милицию.
Недавно, например, почти два месяца разыскивали 30-летнего мужчину из Городокского района, который без документов пошел в магазин за хлебом и… пропал. Любителя приключений отыскали в Санкт-Петербурге, где он нелегально трудился на стройке. Разыскиваемый объяснил, что у магазина повстречал приятелей, как раз едущих на заработки в Россию. Они-то и уговорили отправиться с ними. Сообщить семье о своих планах мужчина не удосужился.
Бывают истории и похуже. Такие горе-гастарбайтеры, пропив все свои сбережения и ничего не заработав, становятся жертвами несчастных случаев, криминальных разборок или попадают в трудовое рабство. Недавно правоохранители отыскали жителя Витебска аж в далеком дагестанском ауле: бедолага вкалывал за еду и крышу над головой более полугода. Семья гастарбайтера о его судьбе только гадала. После вмешательства белорусской милиции мужчина вернулся домой без копейки в кармане.
История 40-летнего витеблянина, в домашних тапочках выносившего мусорное ведро и исчезнувшего на три дня, напрямую не связана с зарубежными вояжами, но отлично характеризует контингент людей, с которыми зачастую приходится сталкиваться розыскникам. Мужчина прямо в подъезде познакомился с женщиной, живущей по соседству, и отправился к ней в гости, где преспокойно пьянствовал, пока супруга и милиционеры сбивались с ног, разыскивая его...
Несовершеннолетние, учащиеся домов-интернатов составляют почти треть пропавших без вести жителей Витебщины. Абсолютное большинство из них – искатели приключений, сбегающие из дома, интернатных учреждений в поисках родителей или новых впечатлений. К счастью, обычно беглецов целыми и невредимыми находят в различных городах республики и даже в России. Есть среди несовершеннолетних и свои «рекордсмены» – 17-летняя девушка в прошлом году убегала из интерната в Полоцком районе 7 раз, а 16-летняя школьница из Городокского района сделала 8 попыток покинуть отчий кров, пока не попалась на краже в Москве. Сколько времени и сил оперативники потратили на поиск юных непосед, можно только догадываться.
Что касается детей, числящихся в розыске уже несколько лет подряд и, скорее всего, ставших жертвами преступлений, то почти все милиционеры знают их приметы на память. В области таких пропавших пять человек, причем во всех случаях их следы теряются еще в 1990-х. Так, 16-летнюю витеблянку, которая в 1998 году возвращалась днем домой из школы, последний раз видели садящейся в автобус в центре города…
В ягодно-грибной сезон списки пропавших без вести пополняют любители «тихой охоты» и рыбаки, в основном пожилые люди. Несмотря на проблемы со здоровьем, они в одиночестве идут в лес или садятся в лодку. Живыми, к сожалению, их находят редко. Прибавляют правоохранителям работы и просто любители выпить, которые в пьяном угаре бродяжничают месяцами, не сообщая ничего о себе даже родителям.
По словам И. Молькова, не более чем в 10% случаев у милиции есть подозрение, что считающиеся пропавшими без вести стали жертвами преступлений. Сейчас в производстве УВД облисполкома 17 подобных уголовных дел – внезапно исчезли вполне благопристойные люди. Например, с 2005 года в розыске 26-летняя учительница, которая на дизелях добиралась до Могилева. В Орше опоздала на поезд и… исчезла. Скорее всего, села в попутный автомобиль…
Розыском пропавших без вести в области занимаются около 60 сотрудников милиции – они есть в каждом РОВД. Согласно закону, поиски начинаются сразу же после подачи соответствующего заявления в милицию. Игорь Владимирович рассказал, что несколько лет назад благодаря оперативности в Витебске по горячим следам удалось раскрыть убийство. Пришедшая вечером с работы жена не дождалась супруга и ночью обратилась в милицию. Ведь муж всегда ночевал дома. В ходе поисков выяснилось, что мужчина стал жертвой приятеля, к которому зашел в гости. Милиционеры обнаружили в квартире не до конца замытые следы крови, а затем и тело погибшего. Преступник не успел утопить его в реке…
Если десятидневные поиски не увенчаются успехом, возбуждается уголовное дело, все сведения заносятся в специальную общереспубликанскую базу данных, а при необходимости – и в межгосударственную (по странам СНГ) и базы Интерпола. Несколько раз в год витебские оперативники лично выезжают в командировки в Москву и Санкт-Петербург, где ищут пропавших белорусов совместно с российскими коллегами.
Розыскники, по мнению И. Молькова, должны быть не только отличными аналитиками, но и психологами. Ведь нередко для достижения успеха разрабатывается целая стратегия, опрашиваются десятки возможных свидетелей. Согласно процессуальным нормам, срок розыска сейчас не превышает 15 лет. По истечении этого времени уголовное дело прекращается и сдается в архив. Впрочем, о пропавших без вести не забывают – при выяснении новых обстоятельств поиски возобновляются вновь.

Александр Кутынко, фото автора, «НС».