Так называется книга Оливье Амеизена, 50-летнего врача-кардиолога из Франции, которая в своей стране уже успела стать бестселлером. В ней автор рассказывает о том, как избавился от алкогольной зависимости при помощи лекарства под названием «баклофен». Этот препарат применяют для лечения рассеянного склероза. Однако многие ученые считают, что заявления француза о якобы полном излечении идут вразрез с тем, что современная наука знает об избавлении от алкогольной зависимости. А что же тогда может предложить медицина человеку, чтобы он смог «завязать»? И возможно ли это вообще? Такие вопросы недавно задала по редакционному телефону читательница Ирина из Миорского района, родственник которой страдает алкоголизмом. За ответами мы обратились к специалистам.

ПЬЮТ И ЖЕНЩИНЫ, И ДЕТИ

За последние несколько лет количество хронических алкоголиков, состоящих на учете в медучреждениях Витебщины, немного снизилось, сообщили в областном психоневрологическом диспансере. На начало года зарегистрировано 23372 зависимых и еще 10994 человека, которые пьют «с вредными последствиями для здоровья». При этом значительно выросло число женщин, страдающих алкогольной зависимостью. Из общего количества выявленных в прошлом году случаев почти четверть – факты женского алкоголизма. Многие из представительниц слабого пола попали в поле зрения наркологических служб только в ходе проведения мероприятий по выявлению неблагополучных семей.
Главный внештатный нарколог управления здравоохранения облисполкома, заместитель главврача психоневрологического диспансера Игорь Свиркунов говорит, что в отличие от мужчин женщины до последнего момента скрывают формирование зависимости, поддерживают видимость благополучия. Поэтому когда родственники спохватываются и приводят их на лечение, выясняется, что болезнь серьезно запущена. Кроме того, научно доказано, что у слабого пола есть ферментативная недостаточность, то есть низкая выработка ферментов, которые расщепляют алкоголь. Потому сама болезнь развивается быстрее.
– Что касается употребления спиртных напитков подростками, то здесь наметилась стабилизация, – констатирует Игорь Васильевич. – Если до 2007 года цифры ползли вверх, то на начало нынешнего выявлено 1619 подростков с синдромом зависимости, что на 2% меньше, чем в прошлом году. Причем большинство из них попали под профилактическое наблюдение, то есть как таковая зависимость у них еще не сформирована. В 2008 году несовершеннолетних хронических алкоголиков в области было 11 (в 2007 – 13). Однако это статистика официальная. По неофициальным данным, их количество в 8-10 раз больше.

КУДА ОБРАЩАТЬСЯ?

В первую очередь больному алкоголизмом, а также его родственникам нужно понять, что самостоятельно с этой бедой они не справятся. Необходимо обратиться к специалистам. Основные учреждения, где оказывают квалифицированную помощь алкоголикам, – это областной психоневрологический диспансер в Витебске, диспансеры в Орше, Новополоцке и диспансерное отделение Полоцкой психбольницы, при которых работают дневные стационары. Например, в облдиспансере можно пройти амбулаторное лечение или курс в дневном наркологическом стационаре для взрослых (он рассчитан на 20 мест). Подростковое отделение на 10 человек расположено отдельно. Также имеются стационарные отделения в психиатрических больницах в Витебске, Полоцке, Лепеле, деревне Слободка Браславского района.
В наркологических отделениях больниц действуют палаты интенсивной терапии, где есть все необходимое оборудование, чтобы быстро вывести человека из состояния психоза или белой горячки. Ведь если этого не сделать немедленно, то исход может быть смертельным. Палаты для тех, кто лечится анонимно (т.е. по собственному желанию), и тех, кто принудительно, раздельные.
Во всех перечисленных отделениях работают анонимные наркологические кабинеты.
– Порой наш кабинет за день посещают и 30 человек, – говорит И. Свиркунов. – А вот перед праздниками обычно затишье. И хорошо, что у нас, в отличие от соседней России, стараются избегать затяжных выходных. Ведь после такого продолжительного отдыха клиентов у наркологов обычно прибавляется.
Прием в анонимном кабинете ведется на платной основе. При этом человек может получить помощь без постановки на учет. По сравнению с коммерческими кабинетами цены в диспансере на порядок ниже. Например, закодировать человека здесь можно за 80-90 тыс.руб., у частников – минимум за 100 долларов.
Если же человек попадает в стационар по направлению нарколога либо к принудительному лечению его обязал приговор суда, то лечение бесплатное, но с постановкой на учет.
Чтобы алкоголика сняли с учета, он должен наблюдаться и соответственно не пить три года. Но врачебно-контрольная комиссия может принять решение и о досрочном снятии с учета, конечно, при условии, что человек сам стремится побыстрее вернуться к нормальной жизни.

КАК ЛЕЧАТ?

Методика, техника, используемые в диспансере, те же, что и везде. Но главное, что способы лечения здесь подбирают индивидуально. А вот некоторые коммерческие специалисты не совсем корректно формулируют рекламу своих услуг: предлагают обеспечить 100-процентное избавление от зависимости. Или обещают, что благодаря их методике человек сможет даже выпивать в малых количествах – по случаю. Такого, по мнению специалистов диспансера, не бывает. Иначе проблема не достигла бы своих нынешних масштабов.
И главное, о чем надо помнить, лечение – это процесс длительный, а не одномоментный. Разговоры о чудо-пилюлях и волшебных уколах – пустой звук. Человек прежде всего должен своим умом дойти до необходимости лечения. И очень важно, чтобы алкоголик признал себя больным, ведь почти у каждого из них наблюдается анозогнозия (отрицание болезни).
С вывода из запоя обычно начинается любое лечение. Затем следует купирование похмельного синдрома. В диспансере применяются все варианты кодирования: эмоционально-стрессовая терапия по методу Довженко, медикаментозное (введение сенсибилизирующих препаратов типа торпедо, которые блокируют тягу к алкоголю). Эффект может длиться до 3-х лет. Курс активного лечения продолжается в среднем 10 дней. Особенно важно после кодирования держать состояние человека на контроле. Именно это и не могут обеспечить коммерческие специалисты. Такой «доктор» приехал, собрал зал, провел сеанс и уехал. И где его искать потом, если человек «сорвется»? Нужно, чтобы после кодирования пациент регулярно приходил на прием в анонимный кабинет, чтобы сам следил за своим психическим состоянием, настроением. Задача нарколога, психотерапевта – научить пациента это делать. Назначают и поддерживающие препараты, которые блокируют тягу к спиртному. К ним врач-нарколог может добавить антидепрессанты, если увидит в этом необходимость. А психотерапевтическое лечение направлено на избавление от психической зависимости. Практикуется индивидуальная и групповая терапия, достигнутый эффект от которой необходимо закреплять.
В областном наркодиспансере также планируется внедрить методику биостимуляции коры головного мозга. В этом году будет закуплено необходимое для этого оборудование.
Народные средства в лечении алкоголизма – это лотерея. Как одному человеку может помочь таблетка-пустышка (плацебо), так другому – вера в чудесные свойства того или иного травяного сбора. Впрочем, врачи-наркологи сами порой рекомендуют своим пациентам сочетать медикаментозное лечение с фиточаями – для усиления эффекта.
Но нужно понимать, что применение любых препаратов, в том числе и народной медицины, должно проходить под наблюдением врача с соответствующей квалификацией. И никакой самодеятельности! Ведь настои или настойки различных растений, которые добавляют в пищу или водку, не просто вызывают рвоту, формируя условно-рефлекторное отвращение к алкоголю, они приводят к сильной интоксикации организма и даже могут спровоцировать сердечный коллапс. Именно поэтому опасно подмешивать такие средства в пищу или питье человеку без его ведома.

Я – АЛКОГОЛИК, ПОТОМУ НЕ ПЬЮ!

В Беларуси первые реабилитационные центры для алкоголиков были негосударственными. Их чаще всего курировала какая-нибудь церковь, например протестантская, или волонтерская организация, финансируемая из западных фондов. В одной из деревень Мазоловского сельсовета Витебского района работает центр реабилитации республиканской благотворительной общественной организации «Надежда». Правда, пока там оказывают помощь только наркозависимым, но планируют работать и с алкоголиками.
– Мы еще будем проверять, какие методики там применяются, не подменяется ли один вид зависимости другим, например религиозным, – сказал Игорь Свиркунов. – Возможно, будем налаживать с этим центром сотрудничество.
Несомненно, должны открываться и государственные реабилитационные центры для зависимых людей. Пока же лишь в Витебской областной психиатрической больнице есть медико-реабилитационное отделение для подростков на 20 мест – уникальное по меркам республики.
Еще один вид реабилитации – общества анонимных алкоголиков. В США, например, стандартная схема лечения алкоголизма обязательно включает их посещение. Если регулярно ходить на занятия, то шансы жить трезвым будут достаточно высоки. Об обществах анонимных алкоголиков можно узнать в любом наркологическом диспансере. Например, в Витебске есть три такие группы. Об одной из них, которая работает на базе областного диспансера, рассказал ее куратор, врач психиатр-нарколог Виктор Циркунов:
– В группе занимаются по программе избавления от алкогольной зависимости «12 шагов и традиций». Одно занятие длится 2 часа, причем группа, внутри которой выбирается лидер и секретарь, сама решает, чем заполнить это время. На занятиях присутствуют только сами анонимные алкоголики и их куратор. Группа может пригласить на встречу специалиста: нарколога, психолога, священника. Общаясь, люди раскрываются, учатся заполнять свои свободные часы не алкоголем, а чем-то другим. Ведь очень часто в запои уходят именно от безделья. Первый шаг к успеху, который делает каждый член общества, – признание себя алкоголиком. Кстати, вы знаете, какой лучший аргумент отказаться от выпивки в компании? Нужно лишь сказать «я – алкоголик». И от тебя отстанут. Доказано много раз! В прошлом году наша группа отметила 15-летие, и некоторые из ее участников не пьют уже приблизительно столько же времени.
Группы открытые и в любой момент готовы принять новичка. Занятия бесплатные. В диспансере они проходят дважды в неделю, по вторникам и четвергам, в полшестого вечера.
Однако работать нужно не только с самими алкоголиками, но и с их родственниками. Правда, такая практика пока налажена только в подростковом отделении. У близких людей часто развивается так называемая созависимость. То есть формируется поведение, когда, например, жена подсознательно толкает мужа к выпивке – из-за чрезмерной опеки.
– Когда ко мне на прием приходит такая женщина со словами: «Мы лечились, мы то, мы се…» – говорит И. Свиркунов, – я ее поправляю: почему «мы»? Вы тоже лечились?
Конечно, недопустимо бросать близкого человека в его болезни. Но нужно поменять способ взаимодействия с ним с опеки на заботу. Иначе, даже порвав с пьянством, он может прекратить отношения и с вами. Чтобы начать жизнь с чистого листа…

ЭКСПРЕСС-ИНТЕРВЬЮ

Своим мнением по поводу действенных способов борьбы с «зеленым змием» поделились участники нашей традиционной рубрики – жители Витебска.
Феодосия Мельникова, контролер охраны РУП «ВЗЭП»:
– По опыту знаю, что лучший способ – наказание рублем. Для работающего человека важна каждая копейка. Пришел на работу пьяным – лишили премии. Это хороший повод задуматься. А за прогулы можно вообще рабочее место потерять. Кому захочется остаться без источника заработка, особенно сейчас?
Олег Крошкин, художник-живописец:
– Искусство, просвещение, чувство прекрасного способны менять человека к лучшему, пробуждать в нем жажду жить и творить. И нужно, чтобы не искусство подстраивалось под массы, что сейчас часто происходит, а, наоборот, массы тянулись к идеалу. А запреты на потребление алкоголя не помогут. Если где-то они и действуют, то точно не у нас. У нашего населения какой-то хулиганско-разбойный менталитет…
Александра Михайловна, пенсионерка:
– Все решает сила воли. Человек способен победить эту привычку. Но ему в этом должны помочь близкие и государство. Правда, все их усилия будут напрасны, если человек сам не захочет что-то изменить, если у него не появится стимул.
Инна Кухаренко и Ольга Губская, студентки:
– Только если совсем перестать продавать алкоголь. Или продавать хорошие, качественные напитки, а не всякие «чернила». И по более высокой цене. А то у нас напиться проще и дешевле, чем наесться.
Супруги Юлия и Дмитрий Гелаховы:
– Нет такого способа. Если кого-то тянет к бутылке, ничто его не удержит. Те же дни трезвости, которые теперь частенько устраивают, эффекта, на наш взгляд, не дают. Кому надо, просто закупают заранее.
Сергей Кривощеков, военный пенсионер:
– Самое главное – отвлечь от этой вредной привычки молодежь, занять ее чем-то полезным и интересным. В годы моей юности было много разных секций, кружков. Сейчас, на мой взгляд, такого большого выбора у молодежи нет. Кружки, которые еще существуют, либо платные, либо работают кое-как. И я могу понять культработников, которым трудиться за малую зарплату совсем не хочется. Вот молодежь и выбирает самый доступный вид отдыха – выпить пива, подраться. Я два срока был депутатом городского Совета и считаю, что многие проблемы общества, в том числе и эта, – от неустроенности и бедности. Хочется пожелать, чтобы государство позаботилось в первую очередь о тех, кто не пошел еще по дорожке пьянства. О детях, молодежи. А также о педагогах, работниках культуры, которые воспитывают в человеке человека.

Екатерина Князева, «НС».